В последние годы финансовая система все чаще сталкивается с неожиданными и трудно прогнозируемыми событиями, подрывающими ее устойчивость. Классические методы поддержки больше не дают нужного эффекта, и в таких условиях разговоры об очередном глобальном кризисе становятся громче.
На этом фоне логично выглядит процесс принятия TradFi технологических новинок — цифровых валют, токенизированных активов, блокчейн-платформ и т. д. С другой стороны, еще тихо, но уже звучат призывы вернуться к старым инструментам. В их числе — монетизация золота.
1 августа Федеральная резервная система США (ФРС) опубликовала заметку о международном опыте переоценки золотых резервов. Согласно автору Колину Вейсу, за последние 30 лет на такой шаг пошли Германия, Италия, Ливан, Кюрасао и Сен-Мартен, а также Южная Африка.
По его подсчетам, если бы США провели переоценку своих 261,5 млн унций золота, это принесло бы около 3% ВВП — примерно $900 млрд — без фактической продажи металла. Как такое возможно и каким образом отразится на крипторынке, разбираемся ниже.
Что такое монетизация золота
Монетизация золота — это способ превратить государственный золотой запас в реальные деньги без продажи самого драгметалла. То есть вместо того, чтобы продавать слитки, правительство переоценивает их.
В резервах США золото до сих пор учитывается по $42 за унцию (по стандарту 1973 года), хотя его реальная стоимость сейчас превышает $3300 за унцию.
Под новую цену Казначейство выпускает золотые сертификаты и передает их ФРС. Та, в свою очередь, зачисляет доллары на счет Казначейства. Формально деньги обеспечены золотом, но по сути они появились «из воздуха». При этом государству не нужно брать новый долг — наоборот, средства можно направить на его сокращение и выкуп казначейских облигаций.
Прецеденты были раньше: в 1933 году президент Франклин Рузвельт изъял золото у населения и вскоре поднял его цену с $20,67 до $35 за унцию (на ~69%). Этот шаг фактически обесценил доллар и принес Казначейству значительную прибыль, позволившую пополнить Экспортно-стабилизационный фонд и расширить денежную базу. ФРС получила золотые сертификаты по новой цене, что увеличило ее возможности эмиссии: в то время доллар требовал частичного золотого обеспечения.
В 1971 году президент Ричард Никсон отменил привязку доллара к драгметаллу, фактически девальвировав его. Затем официальную цену повысили: в 1972 году — до $38, а в 1973 — до $42,22 за унцию. В те годы Казначейство применило механизм монетизации — выпустило золотые сертификаты по $38 и передало их ФРС. Та зачислила разницу на счет ведомства. Не продав ни унции золота, правительство пополнило бюджет примерно на $800 млн и направило их в экономику.
Цена на золото, 1970–2025 гг. Источник: ФРС, Bloomberg.
В результате таких действий доверие к доллару пошатнулось: стало очевидно, что США готовы прибегать к скрытой эмиссии, если потребуется срочно закрыть бюджетную дыру.
Сама же ФРС в заметке указывает на опыт других стран, признавая, что структурных проблем такие меры не решают: в Ливане долг продолжил расти, несмотря на погашение части облигаций за счет переоценки, а в ЮАР эффект пока не очевиден. В Германии этот шаг предприняли для соблюдения бюджетных правил или снижения расходов на обслуживание долга, однако он вызывал споры о допустимости подобного вмешательства в работу центробанка.
История повторяется?
В феврале 2025 года Financial Times отметила, что дискуссия о монетизации золота ведется на высоком уровне. По мнению макростратега Люка Громена, переоценка до $20 000 за унцию сделает возможным выпуск до $5 трлн. Это позволит снизить соотношение госдолга к ВВП с ~122% до ~70%, согласно его подсчетам.
При этом Громен указал, что такой шаг — «реальная опция, прямо прописанная в документах Федрезерва», и привел в качестве подтверждения отрывок:
В феврале спекуляции подогрел глава Минфина Скотт Бессент. По его словам, правительство собирается «монетизировать часть активов баланса США для американского народа». 10 июля на такую возможность обратил внимание инвестор Джордж Гаммон. В своем подкасте он предположил, что на фоне макроэкономической нестабильности и политики президента США Дональда Трампа вероятность переоценки актива до рыночных уровней растет с каждым днем.
Ряд экспертов считают переоценку не лучшим способом решить проблему. По мнению экс-министра финансов США Роберта Рубина, единственное реальное решение долговой проблемы — существенное повышение налогов. Тем не менее сам факт выпуска ФРС заметки на эту тему говорит о том, что идея переоценки золота уже перешла из разряда спекуляций в поле зрения финансовых институтов. А среди сторонников манипуляций с золотыми сертификатами оказались и те, кто поддерживает криптоиндустрию.
До чего доведут биткоин
В июле прошлого года стало известно, что в черновом варианте «Закона о биткоине 2024 года» Синтия Ламмис предлагала создать стратегический резерв на базе первой криптовалюты за счет переоценки золотых сертификатов. Предполагалось, что это позволит избежать дополнительных расходов для налогоплательщиков.
Идею поддержали в окружении Трампа: его советник по цифровым активам Бо Хайнс назвал получение разницы между старой и новой ценой золотых сертификатов «лучшим способом» сформировать резерв:
Инициатива Ламмис демонстрирует, что монетизация золота рассматривается как потенциальный источник финансирования стратегических активов наряду с функцией экстренной меры поддержки бюджета. Фактически речь идет не только о снижении долга, но и о возможной трансформации самой структуры госрезервов.
В случае реализации сценария, который формально может улучшить бюджетные показатели и снизить долговую нагрузку, возникнет целый ряд серьезных рисков для экономики:
- ускорение инфляции;
- потеря доверия к доллару;
- отток капитала;
- сохранение системных перекосов вроде хронического дефицита и растущего госдолга.
Для криптовалютного рынка такой сдвиг, вероятно, станет мощным катализатором: в условиях обесценивания фиата инвесторы начнут активнее искать альтернативу. Среди них и государства — если доверие к доллару и облигациям будет снижаться, биткоин может начать восприниматься как новый резервный актив наряду с золотом. Формирование крипторезервов станет продолжением тренда на дедолларизацию, особенно в странах с уязвимыми нацвалютами.
Но здесь тоже скрывается риск: появление крупных игроков — институционалов и государств — грозит трансформацией роли биткоина: от независимого децентрализованного актива к инструменту контроля.
Это может привести к:
- усилению давления со стороны регуляторов;
- попыткам ограничить свободу обращения;
- зависимости от политических решений.
В результате первая криптовалюта, вместо того чтобы стать децентрализованной альтернативой глобальной финансовой системе, рискует быть встроенной в нее со всеми сопутствующими ограничениями.
Текст: Алиса Дитц